Когда-то Канск был городом текстильщиков. А теперь?

Когда-то Канск был городом текстильщиков. А теперь?

А теперь Канск превратился в лесоперевалочную базу, откуда большая часть древесины, обработанной и не очень, отправляется в Китай.

Настенная роспись на центральной проходной бывшего ХБК. Фото Любови ЦЕВУН.

Нехорошее соседство

На встрече с нашими читателями в селе Сотниково Канского района люди, обсуждая проблемы, которые их волнуют, говорили и о лесоотходах. Да, Сотниково находится недалеко от Канска. А по окраинам города, как правило, и располагаются участки, где складируют древесину, пилят её, грузят в вагоны. Такое соседство сразу же даёт о себе знать. На сотниковских улицах полно лесоотходов, так называемого макаронника. Когда едешь по автотрассе, в перелесках, недалеко от села, видны кучи опилок.

Промышленный ландшафт Канска за последние двадцать с небольшим лет изменился разительно. К примеру, если направляемся из Канска в то же Сотниково, что мы видели раньше и что сейчас? Тогда по правую сторону дороги стояли крупнейшие заводы города - кожевенный завод и завод лёгких металлоконструкций, на правой базировались дорожники со своими производственными участками. А сейчас территория бывшего кожзавода вся завалена лесом. Рядом с ЗЛМК леса тоже всё больше и больше. И напротив кожзавода - лесоматериалы, лесоматериалы...

Территорию бывшего кожзавода заполонил лес... Фото Любови ЦЕВУН.

На территории бывшего ХБК, где была центральная проходная, работали производственные корпуса - ткацкая, прядильная, отделочная фабрики, тоже лес. Въезжаешь в Канск по железной дороге, снова видишь знакомую картину: лес, пилорамы, макаронник, опилки... Приезжаем к бывшему лесокомбинату. Здание конторы, как после бомбёжки. На фоне его памятник Герою Советского Союза Анеле Кживонь. А на производственной территории - лес. Встретили там лиц с китайской внешностью. Напротив стоят разрушенные корпуса бывшего биохимического завода...

Так теперь выглядит административное здание бывшего ЛДК. На его фоне памятник Анеле КЖИВОНЬ. Фото Любови ЦЕВУН.

За мебелью в Манчжурию

Грустно, печально. Вспомнилось совсем другое время, когда работали леспромхозы, лесокомбинат, биохимзавод, мебельная фабрика. В Канске выпускалась различная лесопродукция, в том числе пиломатериалы, отправляемые за границу, мебель. Существовала технологическая цепочка: лес, мебель, спирт...

Сейчас всё это переместилось в другую страну - в Китай. Там за счёт нашего леса строятся предприятия, люди имеют работу. А у нас полно таких, кто за небольшие деньги пилит лес, возит макаронник, опилки. И за мебелью теперь наш народ едет в Китай. Недавно в «Тайге.инфо» прочитала один материал о вырубке леса в Сибири. Там приводятся факты, которые вряд ли кого оставят равнодушными. Так, в России работают более 500 крупных китайских компаний, занимающихся заготовкой леса. В 2017 году Китай вывез из нашей страны почти 200 миллионов кубометров древесины. Подобные масштабы дали толчок к развитию лесоперерабатывающей и мебельной промышленности Китая. В Манчжурии, например, за последние двадцать лет появилось более 120 заводов и фабрик, которые выпускают мебель, ламинат, двери и т.п., создано более 10 тысяч рабочих мест. Тот, кто из жителей нашего города ездил в Манчжурию, рассказывает, как там отличаются приграничные территории Китая и России. На одной - запущенность и нищета, на другой - богатство и красота современных торговых центров, ресторанов, медицинских центров и т.д. И наш Канск, Сибирь тоже вносят свой вклад в развитие Китая.

Леса уже не хватает?

Когда-то это были мощные сосны... Территория бывшего ХБК. Фото Любови ЦЕВУН.

Между тем красноярские учёные уже бьют во все колокола - Сибирь в недалёком будущем может столкнуться с дефицитом запасов древесины. Директор Красноярского института леса имени В.Н. Сукачёва Александр Онучин говорит, что убивают лес нерациональная вырубка, массовые пожары, насекомые-вредители. По его мнению, леса уже не хватает. Онучин считает, что оптимальной для Сибири является такая структура лесной добычи, при которой под интенсивное лесное хозяйство должно отводиться 10-15 процентов лесов, а под защитные и резервные леса - примерно 50 процентов.

Надо сказать, что в самом Китае к своему лесному богатству относятся бережно и придерживаются оптимальной структуры в его освоении. Двадцать лет назад там строго ограничили коммерческую вырубку леса, потому что обеспокоились состоянием гор, лишившихся леса, загрязнением и обмелением рек. Сейчас вырубку разрешили в тех лесах, которые затем восстанавливают.

Лес китайцы везут из Африки, России, Индонезии. Причём варварство при его заготовке допускают там, где на это местные закрывают глаза, где, как правило, не соблюдаются законодательные нормативы. Заметим ещё об одной существенной детали: Россия продаёт лесорубочные билеты в среднем по стоимости два доллара за гектар. Это намного дешевле, чем в других странах.

Вот такой таможенный пост. Фото Любови ЦЕВУН.

Уникальный Канск

Когда-то Канск называли уникальным городом. В нём были молочный завод, ликёро-водочный, хлебокомбинат, мясокомбинат, пивзавод, кондитерская и табачная фабрики, хлопчатобумажный комбинат, трикотажная фабрика, швейное объединение, кожевенный завод, ЛДК, мебельная фабрика, мелькомбинат, БХЗ, ЗБДО, ЗЛМК, ремзавод, стройтрест... Теперь его тоже можно назвать уникальным, но, скорее, в кавычках. По словам депутата Заксобрания Анатолия Самкова, незаконное лесопиление, утилизация лесоотходов есть и в других лесных территориях края, но в таких масштабах, как в Канске, больше нигде нет.

Новый мэр города Андрей Береснев сейчас прилагает немало усилий к тому, чтобы изменить ситуацию с лесоотходами в лучшую сторону. Действительно, очень хотелось бы, чтобы Канск, наконец, освободился от нынешней «уникальности» и превратился в нормальный город.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить