Деревня за Каном

Селу Красный Курыш исполнилось 285 лет.

Фото из прошлого в настоящем. Доярки на паромной переправе.

Основанное в 1735 году, оно пережило пожар, наводнение, смену режимов. Мы отправились сюда накануне праздника, который в этом году не отметят, как следовало бы (по известной всем причине), чтобы узнать об истории села. Но не из архивных записей, а из уст старожилов.

Дядя Витя всё расскажет

В этом году все праздники проходят онлайн или в записи. По случаю юбилея работники Дома культуры Красного Курыша с утра пятницы плели венки из березовых веток и полевых цветов. Их народный коллектив готовился записать видеопоздравление с днем села, а потом выложить в интернет, с которым в селе беда. Как и с телефонной связью. Село приближается к отметке в 300 лет, а здесь по-прежнему на некоторых улицах нужно залезть на крышу, чтобы дозвониться по мобильному телефону. Глава сельсовета Ольга Миронова надеется, что через два года поставят вышку, и связь наконец появится.

Вместе с ней и директором местного ДК Ольгой Фляшинской мы отправляемся к дяде Вите – Виктору Ивановичу Смирнову, который живет в Красном Курыше с двух лет. Старожилами села были его прадед и дед. Они-то и рассказывали Смирнову, когда он был еще мальцом, те немногие факты, которые стали частью истории села. «В 1926 году Красный Курыш полностью выгорел. Причина пожара неизвестна, но в том страшном пожаре уцелели два дома. Курыш выстроили снова», - рассказывает Виктор Иванович.

Еще мальчишкой он бегал к роднику Каштак, у которого стоял кирпичный завод. Сюда, под своды здания, со своим другом-пастухом загонял жеребят, чтобы они не мешали озорничать. Но завод проработал недолго, всего год. Что построили из того кирпича, который успели сделать за этот срок, дядя Витя, как его называют местные, не знает. В Красном Курыше нет ни одного кирпичного строения. «Как поедете на Каштак, сразу увидите углубления в склоне. Там велась выемка глины, из которой потом делали кирпич. От завода осталась одна бетонная плита. А ведь там были вагонетки, небольшие линии железной дороги для производства», - вспоминает наш собеседник.

Виктор СМИРНОВ, старейший житель Красного Курыша. Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

Довелось Смирнову поработать и на мельнице, устроенной по типу жерновов. Теперь на этом месте гараж сельхозпредприятия. Застал Виктор Иванович и богатейшие годы в истории села, когда работал ветеринарным врачом, а при хозяйстве, кроме крупного рогатого скота, были и свиньи, и птица. Корма для скота выращивали даже на другом берегу Кана: через реку ходил паром, на котором переправляли и народ, и технику, и скот. Теперь эти посевные площади отданы «Племзаводу Красный Маяк» в аренду, а от парома ничего не осталось, кроме гнилых балок на берегу.

Однажды Смирнов чуть было не утонул в Кану. Мальчишкой заскочил на паром с товарищем, но паромщики пацанов согнали. Им пришлось прыгнуть в воду, Кан подхватил деревенских мальчишек бурным течением, не окажись рядом взрослых, которые помогли выбраться из пучины, не слушать бы нам рассказы дяди Вити.

К слову, его прадед был зажиточным крестьянином. Держал посевные поля на так называемом Подъеме. Как говорят местные «жил зА Каном», делая ударение именно на предлог. Сейчас на Подъеме остался небольшой домик и насосная станция, которая поставляет воду в село. Раньше за этим местом приглядывал прадед Смирнова, рядом содержал богатую усадьбу. «Его убили. Бросили в прорубь. Новая власть ему не понравилась, партизанить начал вместе с другими мужиками и попом из Комарово. Их нашли и казнили. Хотя говорят, что прадед сам сиганул в прорубь, чтобы не попасть в руки врагам», - говорит Виктор Смирнов.

Сладкая улица

Одна из главных улиц села – Набережная. Название свое оправдывает полностью: домики стоят на берегу Кана. В последние годы огороды на Набережной топит весной, когда река выходит из берегов. Старожилы вспоминают, что в 60-х годах здесь произошло наводнение, затопило колхозные огороды с морковкой и помидорами, чем порадовало местную ребятню (конечно, подростки пользовались возможностью «загнать хорька»). Раньше улица Набережная носила другое название – Сладкая. Ольга Николаевна предполагает, что такое наименование дал сам народ: «Что слаще помидоров и морковки видели деревенские люди? Ничего! Вот и назвали так улицу с колхозным огородом – Сладкая».

Сейчас на Набережной улице давно нет общего огорода, а только индивидуальные. Домишки с крышами цвета ржавчины, скромные палисадники. В Красном Курыше практически нет заброшенных домов, село, несмотря ни на что, живет. Живут и его старожилы, хранящие историю на пожелтевших фотографиях. Раисе Цуцура уже больше 80 лет. Молодой девушкой пришла она в колхоз «Путь коммунизма» еще тогда, когда коров здесь доили вручную, а на весь колхоз была одна машина. Помнит и те времена, когда в селе появилось электричество, доильные аппараты.

Раиса ЦУЦУРА, старожил села. Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

«Иногда приходилось таскать с собой на работу детей, детского сада не было. Когда я стала депутатом Канского райсовета, добилась того, чтобы садик открыли. Правда к этому времени моя дочь уже выросла», - рассказала Раиса Семеновна.

Паром отчалит, а грусть причалит

До Каштака из села ехать недалеко. Пару лет назад местные школьники написали два проекта по благоустройству места у родника, поставили беседку, бачки для мусора, вывезли хлам с родника. Сворачиваем на редакционной машине на лесную дорогу. Дальше ехать никак, поэтому транспорт оставляем и решаем идти пешком. Ольга Фляшинская родилась в Красном Курыше, в нем и осталась. Она помнит, как местных ребятишек пугали страшными историями о Каштаке - женщина в белом, горящее колесо. Придумывали их, конечно, взрослые, желающие уберечь ребятню.

Сам же Каштак – родник с вкусной целебной водой, находится у подножия соснового бора. Здесь-то и стоял тот самый кирпичный заводик. На той самой бетонной плите написано «П/VII» - письмена, смысл которых теперь вряд ли разберешь. Следы от выемки глины и правда заметны, ее можно наковырять голыми руками прямо из-под корней сосен. Желоб, выструганный из дерева местным умельцем много лет назад, зазеленел и порос мхом. Вода из родника сливается в небольшое озерцо, из которого выпорхнула утка, едва завидев нас.

С Каштака мы направились к месту паромной переправы. Практически ничего здесь не напоминает о том, что когда-то тут был паром. Раньше лежали две металлические лодки, используемые в качестве понтонов, но их увезли и сдали в металлолом. Еще детьми две мои спутницы купались на противоположном берегу Кана, перебираясь туда на пароме. И там, где раньше был песочек, теперь заросли деревьев. Дороги, ведущие к переправе и в Таёжное, стали зарастать мелким кустарником, скоро их совсем скроет природа. Впрочем, насыпная дорога, идущая обратно в село, в хорошем состоянии. Ее сделали незадолго до развала Союза, планируя расширить село до самого берега Кана. Не случилось. Может, оно и к лучшему.

Курышка и пещеры

Закончился наш визит в село у реки Курышки, которая впадает в Кан. Дорога через мост ведет к Комаровским порогам, добраться до которых с этой стороны реки можно только по таежным местам. Если пройти против течения Курышки немного вверх, то можно набрести на пещеры. В 40-50-е годы их выдолбили в скальных породах геологи, приезжавшие в эти места на Таракстрой. Впрочем, это совсем другая история. Нам же хотелось рассказать о селе воспоминаниями простых людей, для которых история села – это не великие стройки и добыча радиоактивного моноцита, а прежде всего истории из детства, события из жизни семьи, фотографии из старых альбомов и сельские тропинки. С днем рождения, Красный Курыш!

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить