Восточный маршрут: Подъянда - деревня под горой

Восточный маршрут: Подъянда - деревня под горой

Еще в прошлом году в редакции появилась идея - объехать знаковые и заповедные места пусть не всего края, но хотя бы его восточной части, и рассказать читателям о них. Ведь отдыхать можно не только в разного рода заграницах. Придумали, что в реализации проекта нам помогут коллеги из других редакций. Кому, как не местным журналистам, знать, где самые невероятные виды и исторические места их малой родины. Наш «Восточный маршрут» было решено начать с Канского района, с деревни Подъянда, куда мы и пригласили друзей-журналистов из газеты «Красное знамя» Абанского района.

Шаманские места

Почему именно Подъянда, спросите вы? А не Бражное с его богатой историей про Героев Соцтруда? Или Верх-Амонаш с голопуповским восстанием? Подъянда - тихая, доживающая свой век деревенька, видала лучшие времена. В 1932 году по спискам здесь жили 826 человек, было 150 дворов. Дома стояли впритирку, один двор — на четыре хозяина. И там, где сейчас пролегло русло реки, была улица. Теперь в Подъянде — в десятки раз меньше жителей. Всю деревню мы обошли за полчаса «тихим сапом», рассматривая каждый дом, часть из которых заброшены. В Подъянде остались одни старики, их дома приходят в упадок, обновлять не на что. Но при этом история этой территории полна неожиданных поворотов и интересных фактов: деревня была основана в 18-м веке!

Конечно, сейчас Подъянда выживает за счет дачников. Городские косят траву, чистят дороги и, как ни крути, любят эти заповедные места. Один из таких дачников — Игорь Крижус, который и принимал в своем доме нашу шумную журналистскую компанию. Впрочем, слово «дачник» не совсем уместно в отношении Игоря Константиновича. Он увлечен историей Подъянды, мечтает открыть здесь музей, эти места ему посвоему дороги. За несколько последних лет у него накопилась целая коллекция экспонатов для будущего музея.

- «Подъянда - деревня под горой. Такова официальная версия о происхождении топонима. Но я раскопал вариант поинтереснее. Есть такой глагол «яндить», то есть камлать, шаманить у костра. Соответственно, янды — это место, где камлали шаманы. Место силы! Буквальный перевод — место под горой, на которой камлали шаманы. Все местные топонимы имеют бурятские и эвенские корни», - рассказывает Игорь Константинович. По дороге в деревню мы проезжали две речушки. Одна из них называется Чичиган. Крижус говорит, что шаман с острова Ольхон перевел это слово так: «тропа, ведущая к большой воде». Кстати, Чичиган звали вторую дочку Чингисхана. А вот река Орга, вторая по дороге сюда, имеет русский корень и означает «заболоченная низина». Ну, наконец-то что-то славянское!

В Подъянде более 20-ти ручьев. Один из них - Сладенький - не замерзает даже зимой.

Музей в банке

Пока что экспонаты будущего подъяндинского музея хранятся в жестяной банке из-под кофе. Ее принес Виктор Букин, местный житель. Среди находок Виктора много различных монет — самая старая от 1845 года, кольца, крестики, гребни, домашняя утварь, оклады от икон. Все это не представляет особой материальной ценности, но зато какая история за каждым найденным колечком, пуговицей, монеткой. Интересный экспонат этого местного музея в банке — украшение в виде одноглавого орла с подсумка солдата. Виктор говорит, что польского. Однако на крыльях орла отчетливо читается по-немецки, а посередине крупно начертано «FR». Кто знает, как сюда попали все эти вещи: пуговица с якорем с мундира какого-то моряка, зажигалка из гильзы патрона, кусок барельефа. Кто же на нем изображен? Многие сошлись на мнении, что это Карл Маркс. Нашли этот «портрет» на месте бывшей мельницы, может, это изображение самого мельника, зажиточного крестьянина, который вполне мог позволить себе заказать дорогой барельеф.

Игорь Крижус называет свои находки «погремушками». Бубенчик, который вешали скоту на шею, на нем - примитивный узор, незамысловатые насечки. Так называемая «конина» - украшения для сбруи лошадей (кстати, на воротах старых подъяндинских усадеб до сих пор сохранились специальные крючки — раньше за них цепляли лошадиную упряжь). Похожие украшения были и на шаманских нарядах и символизировали луну и солнце.

Виктор рассказал, что старинные монеты, еще будучи мальчишкой, находил местный художник Геннадий Вохмянин: «Ребятишками шли на поле после пахоты и выискивали зазеленевшие кругляши — монеты, покрывшиеся патиной, ими играли в чику. Когда надоедало, швыряли деньги в реку, а потом, через некоторое время, снова шли на поле и находили новые монеты».

Имена Подъянды

Геннадию Вохмянину, местному художнику-самоучке и поэту, хочется посвятить отдельную главку этого материала. Геннадий Григорьевич, о котором много писали и наша газета, и краевые издания, человек, прославивший свою деревню, умер зимой этого года. А спустя полгода, по стечению обстоятельств в день нашего приезда в Подъянду, скончалась и его супруга. Так что разговор о художнике с его, пожалуй, самым близким человеком, не состоялся. Надежда Красильникова, учитель Подъяндинской школы, принесла небольшой сборник стихов и репродукций картин Вохмянина. Книжку собрала ученица Филимоновской школы Леся Палкина. Один из экземпляров передали в школу, где Надежда Михайловна включила в программу по литературе стихотворение «Карандаши» о первом опыте художника-самоучки Вохмянина.

Геннадий Григорьевич жил в Подъянде тихо и скромно, за славой не гонялся, картины дарил, оставляя себе самые дорогие, конечно, не в материальном смысле. После армии забыл о поэзии и искусстве на долгие годы, вернулся к творчеству только на пенсии. Но в каждой строчке, в каждом мазке кистью — его любовь к родной деревне, к ее чудесной природе, которую Вохмянин не уставал воспевать. Теперь его дом опустел. Кто знает, если в деревне все же создадут музей, который будет привлекать хоть каких-то туристов и вдыхать жизнь в этот обветшалый уголок, на его стенах будут висеть картины художника.

Еще одно имя, о котором вряд ли знают местные, - Михаил Коряков. Об этом писателе, журналисте, литературном критике рассказал опять же Игорь Крижус. Михаил Михайлович родился в Подъянде, а закончил свою долгую и интересную жизнь в Нью-Йорке. Писал Коряков сначала в местных и краевых газетах, потом в сочинской прессе, отметился даже в Ясной Поляне — работал научным сотрудником музея Льва Толстого. Во время войны попал в плен под Дрезденом, чудом бежал из него, оказался в Париже. Да там и остался. В 1950-м году переехал жить в США. Кстати, в свое время Коряков написал книгу «Почему я не возвращаюсь в Россию». Не тянуло его на малую родину, где в изумрудной траве прячутся жарки, а с высокого берега (о нем жители говорят «ходить на-под камень») открывается совершенно невероятный вид — место слияния Агула и Кана.

Может, Подъянда и есть то самое место силы? При всем упадке деревни из нее не уезжают люди, а городские, наоборот, стремятся сюда: покупают участки земли, ставят добротные дома, и деревня снова оживает, хотя бы на недолгие летние месяцы. Деревня на самом берегу реки могла бы стать частью туристического бизнеса, хотя в это довольно сложно поверить. Возможно, когда-нибудь сюда будут возить иностранцев, чтобы показать эти чудесные места, которые кто-то называет сибирской Швейцарией, угостить свежим медом и показать коллекцию монет в местном музее.

Край родной, любимое приволье!

Жизнь к тебе не раз крута была,

Но я все же с радостью и болью,

Верю в возрождение села!

Геннадий Вохмянин, художник и поэт

Второй точкой «Восточного маршрута» станут знаковые места в Абанском районе.

Спасибо всем!

«КВ» благодарят тех, кто откликнулся и помог в реализации первого этапа проекта «Восточный маршрут». Это Николай Креминский, депутат Заксобрания края; Виталий Еланков, директор ООО «Феникс»; Андрей Адамцев, директор восточного центра спортивной подготовки; Виталий Абрезанов, индивидуальный предприниматель. Особая благодарность Татьяне Крижус, директору аптечной сети ООО «Здоровье» в городе Канске, и Игорю Крижусу, преподавателю Сибирского федерального университета.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить