Проклятье семейства Головлевых

Проклятье семейства Головлевых

Честная, по-хорошему жуткая, мощная, лучшая за последнее время, по мнению многих, - всё это можно сказать о премьере Канского драматического театра, который на выходных открыл творческий сезон спектаклем «Головлевы. Страшная сказка».

Канский драмтеатр вышел с каникул с премьерой «Головлевы. Страшная сказка». Фото Александра ШЕСТЕРИКОВА.

На этот раз наш театр распахнул свои двери после летней тишины сразу тремя премьерами. Утренняя сказка «День рождения кота Леопольда», российская премьера «Спасибо Уинн-Дикси» по книге Кейт ДиКамилло, двукратной обладательницы медали Ньюбери (приз, присуждаемый за особый вклад в американскую детскую литературу), режиссер - Александр Баркар. Об этих двух спектаклях мы напишем позже, потому что, признаемся, сами пока не успели их посмотреть.

«Яблоко от яблони...» Печальный финал прекрасной постановки. Фото Александра ШЕСТЕРИКОВА.

Канскому зрителю предложили социальный триллер полного духовного распада. Головлевы в черных тонах, словно головешки, и деревья здесь мертвые, как в сказках режиссера Тима Бертона. Только готика тут вполне русская, суровая, крепостническая. Когда герои в первый раз выходят на сцену, вместе с ними в зал пробирается настоящий мороз, это чувствуется кожей. Снег идет, как в «Сайлент Хилле», в кошмарные сны персонажей врываются образы с картин Босха.

У Порфирия Кровопийцы на руке всю дорогу длинные когти, как у оборотня, но замечают их не сразу, а когда уже поздно и все отправляются на тот свет, он сам становится главным помещиком, словно по Шварцу, превращаясь в убитого только что Дракона. Такой неутешительный приговор русского классика крепостничеству, единовластию и человеческой природе в самом широком понимании.

В этом театре больше никто не смог бы так сыграть Иудушку. Фото Александра ШЕСТЕРИКОВА.

Салтыков-Щедрин хотя и великий и знает Россию до каждой нитки, но, несмотря на предельную актуальность, почему-то появляется на наших сценах и в кинематографе не так часто. Полина Бабушкина, драматург, выпускница литературного института им. Горького, участник множества драматургических лабораторий, написала свою интерпретацию, а режиссер Артём Галушин поставил спектакль с канскими актерами.

Зритель находится на сцене, и соврать ему невозможно. Фото Александра ШЕСТЕРИКОВА.

После премьеры мы поговорили с авторами. По крайней мере, с двумя из них - Салтыков-Щедрин по понятным причинам отсутствовал, но в душе он с нами!

- Полина, почему именно Салтыков-Щедрин и именно это произведение?

Артём: Это скорее ко мне вопрос. Идея возникла во время прошлой «Театральной лаборатории» Павла Руднева. У Михаила Евграфовича, который хотя и считается сатириком, есть сплетение самых разных жанров. Я позвонил Полине, предложил ей, и она обрадовалась и согласилась. Зная Полину, я предчувствовал, что мы сделаем по-своему. Она и правда предложила много идей.

Полина: Мне тоже всегда нравился этот текст, хотя он многих отталкивает. Обдумывали долго, а когда выкристаллизовалась идея, текст «пошел» быстро.

олина БАБУШКИНА, драматург, и режиссер спектакля Артём ГАЛУШИН. Фото Александра ШЕСТЕРИКОВА.

- Какие задачи ставили, меняя текст?

Полина: Я не хотела делать буквальную инсценировку, разбирая книгу на диалоги. Долго искала атмосферу этого текста. Лично для себя я подбираю атмосферу через ассоциации, чтобы добиться своего рода эха вокруг. И главной ассоциацией была «страшная сказка». Я представила черный дом в черном лесу, и в нем какие-то жуткие люди, которые в тесноте грызут друг друга. Им снятся кошмары. В общем, захотелось ужастика, который я очень люблю.

Артём: Текст получился в мистическим ключе. При этом внутри всё совершенно обосновано отношениями персонажей, это глубокое проникновение в их семью, как в семейную сагу, и заканчивается все тем, с чего началось.

- Сюжет закольцован? Иудушка превращается в мать?

Артём: Да, потому что «яблоко от яблони».

- Как вам показалось, понял ли зал вашу постановку? Честно!

Артём: Зал понимал. И это очень радует. Произошло удачное сочетание драматургии и игры актеров. Зерно, зароненное нами, очень хорошо взошло. Было такое, что зал молчал. И понять реакцию можно было, видя, как люди вытирают слезы. Мне сказали, что не меньше трех раз хочется выйти на сцену и придушить Порфирия. А неигравшие актеры говорили, что им хотелось «побродить в этом спектакле», побыть в этих декорациях.

- Это правда, Иуду хотелось прибить голыми руками!

Полина: Актер Алексей Адаменко прекрасно «поймал» персонаж. Иуда здесь - звезда, а из других персонажей мне очень симпатична Арина Петровна. Актриса Ольга Смирнова, сыгравшая мать семейства, поразила меня, удивительная работа.

Артём: Я рад, что мать удалась, получился цельный образ. Кроме Адаменко, в этом театре больше никто не смог бы так сыграть Иудушку. Но выделить кого-то я не могу, никто из этого мощного ансамбля не может быть изъят без большой потери.

- Что вы сказали актёрам после премьеры?

Артём: Тем, к кому были вопросы, я высказал пожелания, где есть недоработки. Нужно решить все нюансы, чтобы постановка жила, ведь мы сейчас уедем, а спектакль будет существовать.

- Как сильно совпала внутренняя картинка спектакля, когда вы писали текст, с самим воплощением на сцене?

Полина: Всё совпало на 99,9%.

- По свету, музыке получился такой нуар.

Артём: Вы уже второй, кто говорит про жанр нуара. Кто-то узнал здесь Ларса Фон Триера, другие - Дэвида Линча. Кстати, удача в том, что Полина от меня знала про актеров, под которых пишет пьесу. Потом даже дописывали сцены.

- Есть ли у этой работы фестивальное будущее?

Полина: Первое, что я сказала Артему после спектакля: удивлена тем, какая получилась серьезная работа. Крепкий продукт в хорошем смысле слова. Замечательные актеры, умные зрители.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить