Победный маршрут: проект закрыт

Победный маршрут: проект закрыт

«КВ» добрались до самого восточного района Красноярского края.

Последний этап проекта «КВ» «Восточный маршрут». Редакции газет из Нижнего Ингаша, Тасеево, Заозерного и Канска в сборе. Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

Каким должен быть завершающий аккорд интересного проекта? Эмоциональным, запоминающимся, богатым на места и события. Так и вышло с нашим визитом в Нижнеингашский район. Маршрут на этот раз составили в редакции газеты «Победа».

Корову в каждый дом

Нижнеингашский район - ровесник Канского. Когда-то он был частью нашей территории. Самый восточный район края «знаменит» поселениями Краслага, которые наложили отпечаток на все его дальнейшее развитие. И, конечно, тем, что до сих пор является частью Транссибирской магистрали. Глава Нижнеингашского района Петр Малышкин встретил нас в конференц-зале. За разговорами об экономике территории плавно перешли к особой теме - развитию сельского хозяйства. Почему особой? Дело в том, что в районе нет крупных хозяйств, кроме одного - ООО «Ингашский». Поэтому здесь решили развивать личные подсобные хозяйства в деревнях и селах района, чтобы население было самозанято.

Сергей ПРОХОРОВ, журналист, поэт и музыкант, на поэтическом вечере с Екатериной Данковой в библиотеке имени Устиновича. «Как хотим, так и пишем. Мы находимся далеко от Красноярска, от больших городов, учились только друг у друга. И в нашем районе удивительно много поэтов и писателей, столько книг издано. Даже гимн Нижнеингашского района родился из лирической песни местной поэтессы Евгении КОЗЛОВОЙ», - рассказала Екатерина ДАНКОВА. А после поэтического вечера Сергей ПРОХОРОВ сыграл на гуслях. Много лет наш коллега осваивает различные инструменты, но больше всех любит гитару. К слову, он автор замечательной песни - гимна журналистов. Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

Каждый желающий может получить 20 тысяч рублей на приобретение коровы. С этого начинают многие мелкие фермерские хозяйства Нижнеингашского района. Потом люди обрастают другим скотом, техникой, земельными участками. Ежегодно представители администрации делают обход личных подсобных хозяйств. По словам Малышкина, динамика есть, а развитие частного сектора - в сельской местности района проживают 15 тысяч человек - главная задача главы района.

И мы по шпалам, опять по шпалам

Следующая остановка - Решотинский шпалопропиточный завод, дочернее предприятие РЖД. 15 километров железнодорожных путей, площадь в 63 гектара, ряд котельных, которые отапливают большой поселок Решоты. На заводском автобусе вместе с коллегами мы едем через железнодорожные пути. Сначала за окном мелькают заготовки шпал - ряды брусков пшеничного цвета. Затем перед глазами открывается другая картина - пропитанные спецраствором, иссиня-черные, блестящие бруски сушатся на солнце. Кто-то из коллег шутит, что они похожи на шпроты.

Решотинский шпалопропиточный завод. Так выглядят шпалы после того, как побывают в боксе пропитки. Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

Сам процесс пропитки выглядит довольно просто. В специальный бокс загружают шпалу, а потом под давлением запускают антисептик, который делает шпалы прочными, «долгоиграющими» - срок службы от 10 до 15 лет. За технологическим процессом следят операторы - исключительно женщины, а грязная работа для мужчин. Они всегда там, где воздух нагружен запахом креозота, а все вокруг - черного цвета. Техник по стандартизации завода Наталья Васильева рассказала, что в свое время решотинцы были против строительства предприятия. Очень уж их пугала перспектива такого «ароматного» соседства. Но в поселке запаха нет, завод построили грамотно, с учетом розы ветров. Здесь работает 250 человек, в этом году планируется выпустить более миллиона штук шпалопродукции.

У русской печи

Мы заночевали в деревне Новорождественка. В доме переселенцев из Белоруссии, построенном еще в 20-х годах прошлого века, в центре стоит настоящая русская печь. Владеет домом Андрей Пестунов, он достался ему от матери. Голубки на дверях, красный угол, русская печь, плетеные салфетки, старинная мебель, сундуки - все это Андрей Васильевич сохранил в первозданном виде. Мебель и наличники в доме делал еще его дед. Старик любил работать с деревом, изготавливал для колхоза сани и телеги. «Этот дом - сгусток времени. Оно здесь остановилось, и я не хочу что-то трогать, мне и так все нравится. Люблю воздух нашей деревни, наслаждаюсь тем, что мне осталось в этом мире», - говорит Андрей Васильевич.

Пограничное состояние

Наследие Краслага - это несколько центральных улиц поселка Нижняя Пойма, где находятся сразу два вокзала: один для сообщения по Красноярской РЖД, другой - для поездов дальнего следования. Любой проезжающий через Нижнюю Пойму сразу заметит множество деревянных двухэтажных домов с необычными крышами. Увидев одну из них, я сразу вспомнила Питер. И оказалось, не случайно. Центральные улицы строили заключенные, по так называемому ленинградскому проекту. Долгое время в поселке были не улицы, а линии - первая, вторая, третья... Но со временем все поменяло названия, а дома стали обшивать современными материалами, нещадно испортив их неповторимый облик. Кстати, если будете в Нижней Пойме, обязательно зайдите в клуб. В одном из залов есть настоящая лепнина.

«Мы сейчас на Северном вокзале. Отсюда люди уезжают туда, где сохранились колонии, например, в поселки Бирюсинск, Октябрьский», - рассказывает Ирина Стружкова, главный редактор нижнеингашской газеты «Победа». Ирина отмечает, что колонии всегда были градообразующими предприятиями Нижнеингашского района и соседних. «Что останется, если уйдут эти структуры? Все думали, что Краслаг - это что-то незыблемое. Но это закончилось», - говорит Стружкова. Сейчас к Нижнему Ингашу относятся только три колонии. Вокруг района разбросаны другие исправительные учреждения, некоторые из них стоят совсем рядом, на границе Красноярского края и Иркутской области. Тюремная история этих мест давняя и страшная.

Кефир от «Доброй хозяюшки»

В Канске есть шесть магазинов, в которых продается продукция Нижнеингашского молочного завода. Эта марка нашла своих потребителей: качество и цена соответствуют друг другу. Заведующий производством Сергей Ефименко встретил нас у дверей завода рано утром. Здесь только закончилась ночная смена, очередная партия молочной продукции была готова к фасовке и отправке. Предприятие работает по заявкам, в день перерабатывает 5 тонн молока. Восемь лет назад, при запуске производства, с молоком были проблемы, его собирали даже в Канском районе. Сейчас местное предприятие ООО «Ингашский» покрывает потребность в сырье, молоко приходит и от фермеров Иланского района.

Наш новый друг Андрей ПЕСТУНОВ, владелец прекрасного дома в Новорождественке. Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

Творог, сметану, масло, кефир и йогурты здесь производят по давно отработанным технологиям. Можно сказать, дедовским способом. А зачем мудрить? В последнее время стали внедрять отечественное оборудование, так как зарубежное со временем устарело, а в нашей стране научились делать машины для производства кефира.

Модульный заводик по переработке молока и производству кисломолочной продукции был построен при господдержке. Удивительно, но такое небольшое производство покрывает потребности района, соседних городов, в том числе Красноярска. Да и, по словам Сергея Федоровича, такому небольшому предприятию легче выживать в современных условиях экономики. К слову, нам удалось продегустировать кефир, сметану и творог. Тот же вкус, что и в магазинах в Канске. То же качество - первоклассное!

Иные

В Тинской психоневрологический интернат родственники приезжают только в двух случаях: взять на лето постояльца интерната либо получить свидетельство о смерти. Второе происходит чаще, с непременным вопросом родни: «А сколько денег на счету осталось?». Но гостей здесь любят. Пациентам интерната говорят о визите заранее, они готовят подарки, выступления самодеятельности. Наш визит сюда был отмечен премьерой от группы «Иные». Творчество - неотъемлемая часть реабилитации и лечения этих людей, которых когда-то бросила в роддоме мать или от них отказались родственники как от обузы.

Пациенты Тинского интерната подарили нам танец «Радуга». Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

Два года назад в Красноярске состоялась премьера документального фильма режиссера Александра Кузнецова «Краткая инструкция по освобождению». Несколько лет он снимал картину в Тинском интернате. Героинями фильма стали две девушки, доказывающие свою дееспособность. Получилось. Сейчас они живут в Красноярске. За последние восемь лет из стен интерната вышли 27 человек. Спросите, как в психоневрологический интернат попали абсолютно здоровые люди? Когда-то кто-то не захотел заморачиваться с комиссиями, проверками и обследованиями и просто подмахнул в нужных бумагах подпись, а ребят отправили прямо из детского дома в учреждение, где им не место.

Директор интерната Елена Никитенко рассказала, что сейчас на очереди находятся еще двое ребят. Их вдохновляет опыт других, таких же, как они, случайно здесь оказавшихся. Например, Сергея Сальникова, которого в 33 года научила читать и писать Елена Владимировна. Сергей женился, взял под опеку из этого же интерната младшую сестру, построил дом, работает. Другой парень тоже вышел из стен учреждения, добивается опеки над другом. «Они своих не бросают. Мы должны у них этому поучиться», - замечает Елена Никитенко.

Кто-то должен сеять хлеб

Сос Бегларян, директор ООО «Ингашский», начинал с небольшой лавочки по ремонту обуви. Сейчас он владеет несколькими предприятиями, в том числе и сельскохозяйственным. Признается, что уйти из этого бизнеса можно только банкротом. Несмотря на трудности, бросать сельское хозяйство не собирается. Соглашается, что при разнице цен на зерно и ГСМ, выживать непросто, но все равно сеет пшеницу. Для ее обработки построил сушилку, для хранения - склады. Взял под крыло Нижнеингашское хлебоприемное предприятие.

Наталья ШИЛОВА из редакции газеты «Победа» и Сос БЕГЛАРЯН, директор ООО «Ингашский». Фото Александра ВАСИЛЬЕВА.

«Кто-то же должен сеять хлеб? Если никто не может, значит, это будем делать мы. В вашем Канском районе тоже были совхозы на грани банкротства. Но нашлись те, кто их поднял, сохранил, сделал богатыми. Перед такими мужиками, которые сохранили хозяйства, надо встать на колени», - замечает Сос Азатович. В деревне Волково, конечной точке нашей поездки, Бегларян разводит овец и лошадей. Когда-то здесь действительно была деревня, но еще в 80-е годы перестала существовать. Уехали последние жители, а земля осталась. Сос Азатович построил конюшни, овчарни, сделал пруд, обеспечил работой людей.

Мы сидели за столом под открытым небом, ели потрясающую шурпу, приготовленную тут же на костре. Где-то позади паслась кобыла Маруся со своими двумя жеребятами, в рукотворном пруду плескались караси. Так заканчивалось наше путешествие в гостеприимный Нижнеингашский район. Будут ли новые? Да!

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить